Доклад [председателя полиции безопасности и СД Галиции гауптштурмфюрера СС криминального комиссара Паппе] о второй встрече с представителями центрального руководства ОУН и готовности их к сотрудничеству с полицией безопасности

Реквизиты
Государство: 
Датировка: 
1944.03.24
Источник: 
Украинские националистические организации в годы второй мировой войны. Том 2 1944-1945 Москва. РОССПЭН 2012 Стр. 104-107
Архив: 
ЦА ФСБ России. Ф. 100. Oп. 11. Д. 14. Л. 96—99. Заверенная копия; ЦДАВО Украіни. Ф. 4628. On. 1. Спр. 10. Арк. 183—190. Подлинник

г. Львов   

24 марта 1944 г.

Перевод с немецкого [языка]

Секретно-государственной важности

Доклад

Вторая встреча с ГЕРАСИМОВСКИМ затянулась из-за того, что ГЕРАСИМОВСКИЙ по неизвестным причинам поехал в Снятии и на обратном пути из Снятина во Львов, из-за помех на восточной железной дороге, задержался дольше обычного. Затем препятствием было то, что посредник БОЛЛЮХ в настоящее время отсутствует во Львове и он не мог связаться с новым посредником. Встреча состоялась 23 марта 1944 г. в 15 час. при посредстве украинца МУДРОГО на квартире последнего по ул. Войтовского 8, кв. I.

В начале беседы ГЕРАСИМОВСКИЙ констатировал, что в его организации существует полная ясность относительно обсужденных со мной в первой беседе от 6 марта 1944 г. вопросов и что подробно изложенные пункты признаны и приняты со стороны ОУН. От соглашения с полицией безопасности ОУН ожидает очень многого как для самой организации, а также взаимного понимания, принимая во внимание будущее развитие на Велико-украинской территории и, прежде всего, нынешнее положение и совместную борьбу против заклятого врага - большевизма. В Проводе ОУН существует поэтому уверенность в том, что полиция безопасности со своей стороны также уполномочена признать и принять все обсужденные пункты в первой беседе.

Так как на доклад командира от 13 марта 1944 г. до сих пор еще не поступило решение командующего полиции безопасности, а в интересах авторитета полиции безопасности и, принимая во внимание очевидно выявленную готовность ОУН бандеровской группы достичь соглашения с полицией безопасности и сотрудничать с ней, не нужно, чтобы об этом знал ГЕРАСИМОВСКИЙ и его организация. Я сделал предметом переговоров высказанные командиром в его докладе командующему полиции безопасности и по его мнению приемлемые требования к ОУН и предлагаемые за это полицией безопасности взаимные условия, и, несмотря на явное стремление моего партнера к установлению практических мероприятий для проведения их, я настоял на том, чтобы еще раз обсудить отдельные пункты переговоров, объясняя, что возникающее сомнение в отношении этих пунктов требует еще более детального обсуждения обеих договаривающихся сторон со своими вышестоящими инстанциями. Установлено следующее:

1.    ОУН готова немедленно прекратить всякую работу против немецких интересов и всякий террор против польского народа. Относительно террора против поляков ОУН безоговорочно готова оставить полиции безопасности выполнение наказания в укрепленных местностях и городах против провокаций и террора поляков. ОУН будет передавать полиции безопасности свои агентурные материалы и доказательства для выявления польских провокаций и террористических актов, а затем будет спокойно ожидать, пока полиция безопасности предпримет свои карательные мероприятия против этого.

В лесах этот принцип невыполним, так как наступление или меры наказания против польской банды, которая провинилась против украинцев, могут во всех случаях запоздать и быть невыполнимыми из-за ее подвижности и непривязанности к определенному месту, если ОУН сначала передаст полиции безопасности разведывательный материал о появлении, количестве и оснащении польской банды для того, чтобы только потом на основании этого была предпринята боевая операция против этой банды. Передача агентурного и разведывательного материала займет столько времени, что банда между тем сможет переменить свое месторасположение и исчезнуть, не будучи привлеченной к ответственности. Поэтому ОУН-бандеровская группа желает, чтобы она сама могла предпринимать карательные меры против польского бандитизма в лесах, причем заверяет, что борьба будет направлена исключительно против польских банд, а не против проживающих поблизости поляков или окружающих польских сел, которые ничего общего не имели с бандой. ОУН готова после боя с польской бандой представить доказательства о том, что банда провинилась против украинцев, а также как и при каких обстоятельствах она была привлечена к ответственности.

2.    ОУН-бандеровская группа обязуется передавать в распоряжение полиции безопасности все свои разведывательные данные о большевиках, коммунистах и польском повстанческом движении. Кроме того, ОУН готова сотрудничать с немцами против общего врага (большевизма) на всех участках, которые окажутся необходимыми для борьбы. Таким образом, ОУН будет держать свои боевые единицы за линией советского фронта, вредить советскому подвозу и базам подвоза, центрам вооружения, складам и т.д. путем активного саботажа и разлагающе действовать на Красную Армию и прежде всего путем постоянного террора физически уничтожать сотрудников НКВД. Кроме того, она будет передавать немцам всевозможными путями (радио, курьеры) сообщения военного и политического характера с территории за линией советского фронта. Чтобы эту борьбу против общего врага можно было вести интенсивно, ОУН желает, чтобы немцы доставляли ей конспиративным путем боеприпасы, оружие и взрывчатые вещества. Доставка оружия и диверсионных средств со стороны немцев через линию фронта частям УПА должна производиться по всем правилам конспирации для того, чтобы большевистскому режиму не дать в руки козырь, что оставшиеся за линией фронта украинцы являются немецкими союзниками и их агентами и реагировать против украинцев соответствующими акциями по уничтожению их. Практикующийся уже теперь немецкой армией метод доставки оружия и боеприпасов отдельным частям УПА за линией фронта, с которыми имеются местные соглашения, путем выброски из самолетов, обозначенных национальными украинскими красками, должен быть немедленно прекращен, так как советы используют это обстоятельство в своей политике против украинского народа.

Поэтому ОУН желает, чтобы переговоры и соглашения в будущем предпринимались только центром и чтобы немецкой договаривающейся стороной по возможности была полиция безопасности, так как она знает правила конспирации и понимает, как нужно работать, в то время как у других органов и организаций отсутствуют эти знания. Вообще ОУН выявила свое удовлетворение тем, что между УПА и немецкой стороной вообще имели место местные соглашения. Поэтому она приказала своим отрядам УПА, несмотря на большие потери и чувствительные большевистские операции по уничтожению, придерживаться этих соглашений40. Чтобы доказать, насколько верны ее требования соблюдения конспирации, она ссылается на уже изданную теперешним советским правительством в Киеве листовку, в которой сказано, что все украинцы, безразлично являются ли они приверженцами БАНДЕРЫ, МЕЛЬНИКА или совершенно аполитичными, по наблюдениям, проведенным до сих пор советским правительством в Киеве, должны рассматриваться как немецкие союзники и должны быть соответствующим образом ликвидированы и уничтожены41.

Взамен этого полиция безопасности должна обещать ОУН-бандеровской группе следующее:

1)    При полной лояльности украинского повстанческого движения прекращаются аресты.

2)    Освобождение всех украинских политических заключенных не может быть пунктом переговоров. Однако полиция безопасности готова освободить отдельных украинцев и всех женщин, детей и заложников, а также гарантировать физическое сохранение оставшихся в тюрьмах и концлагерях арестованных. Относительно освобождения заложников бандеровская группа должна представить персональные списки, так как аресты заложников не подтверждаются командиром полиции безопасности во Львове, несмотря на то, что бандеровская группа утверждает это.

3)    Прекращается всякая травля против украинского народа.

4)    Действия УПА особо урегулированы в требованиях по отношению в ОУН-бандеровской группе в п.п. 1 и 2 (самостоятельные экзекуции против польских банд в лесах и действия УПА за линией советского фронта).

Следующая встреча с ГЕРАСИМОВСКИМ должна состояться в воскресенье 26 марта 1944 г. во Львове или в среду 29 марта 1944 г. в Перемышле. Точное время встречи ГЕРАСИМОВСКИЙ сообщит по телефону.

В конце беседы ГЕРАСИМОВСКИЙ высказал желание, чтобы полиция безопасности освободила м[ада]м ЛЕБЕДЬ, ее ребенка и ее родственников, чтобы бандеровскому лидеру ЛЕБЕДЮ, который сейчас является одним из наиболее авторитетных людей в организации, показать примирительную сторону и чтобы его, который теперь питает вполне понятную личную злобу к полиции безопасности, окончательно расположить к переговорам между полицией безопасности и ОУН.

СС-оберштурмфюрер и криминал-комиссар. (Подпись)

Перевел: переводчик УНКГБ по Львовской области А. Шевчук

_________________

40    За два месяца до начала переговоров Герасимовского с немцами, 15 января 1944 г., руководство УПА издало инструкцию, согласно которой сотрудничество с большевиками и немцами каралось смертью (Інструкція керівникам УПА, запілля та СБ у справі забезпечення безнеки діяльності УПА та запілля. 15 січня 1944 p. //Літопис УПА. Нова серія. T. 2. C. 81—82). В марте 1944 г. Краевой провод ОУН издал специальное сообщение, в котором отрицал наличие какого-либо сотрудничества между ОУН и УПА и германской армией. В документе говорилось, что отступающая германская армия распространяет слухи о сотрудничестве между ОУН-УПА и германской армией в целях совместной борьбы с СССР, а наступающая советская армия также пытается убедить население, что ОУН является немецким союзником. Краевой провод объявил, что ОУН и УПА не являются союзниками ни одной империалистической державы, а между проводом ОУН и командованием УПА и германской властью «нет никакого сотрудничества»: все это провокация врага, рассчитанная на то, чтобы скомпрометировать украинских националистов. Всех, кто будет распространять провокационные известия, предоставляют врагам информацию, сотрудничают с врагами, было велено считать «предателями народа и как предателя карать» (Комунікат Крайового проводу ОУН про заборону переговорів з німецькими представниками. Березень 1944 р. // Літопис УПА. Нова серія. Т. 8. Волинь, Полісся, Поділля: УПА та запілля: 1944—1946. Документа і матеріали. Киів; Торонто, 2006. C. 113-114).

41    Речь идет о листовке, в которой был опубликован совместный приказ Г.К. Жукова и Л.П. Берии № 0078/42 от 22 июня 1944 г. о выселении всех украинцев, пребывавших на оккупированной территории. Листовка была обнаружена в Центральном государственном архиве общественных объединений Украины и опубликована историком В. Марочкиным в газете «Літературна Украіна» 27 февраля 1992 г. В настоящий момент украинские историки сами убедились, что приказ является фальшивкой, которую, по их словам, сфабриковали немцы (см.: Коваль М.В. Украіна у Другій світовій і Великій вітчизняній війнах (1939 - 1945 pp.) Ки'ів, 1999. С. 309; Надольский Й.Е. Депортацій на політика сталінського тоталітарного режиму в західних областях Украіни (1939-1951 pp.). Луцк, 2008. C. 174-175).