Стенограмма заседания Пленума ЦК ВКП(б) 4, 7 декабря 1936 г. Заседание второе. 7 декабря 1936 г.

Заседание второе. 7 декабря 1936 г.

МОЛОТОВ. Разрешите объявить заседание Пленума открытым. Слово для сообщения имеет товарищ Сталин.

СТАЛИН. Члены Политбюро поручили мне сделать сообщение по делу Бухарина и Рыкова.

Перерыв между заседаниями мы — члены Политбюро — использовали для того, чтобы присутствовать на очной ставке Бухарина и Рыкова с теми людьми, которые их оговаривали. Успели устроить очную ставку с тремя арестованными: с Куликовым — известным вам из Московской организации, Сосновским — известным оппозиционером и Пятаковым.

Куликов сообщает о делах до официального отхода группы бывших правых, до 1930 года. Но то, что он сообщает, это вам известно хорошо. Что касается последующих годов, его сообщение оканчивается 1932 годом. Он немного сбивается, заявляет, что Бухарин ему сказал, что надо активизировать борьбу против партии, и неплохо было бы Сталина угробить. Но во время перекрестных вопросов выступал Бухарин, — присутствует он здесь [?] (Голоса: присутствует), у нас получилось впечатление — не совсем точно то, что сообщает Куликов, и нуждается оно в проверке, во всяком случае.

Сосновский более определённо говорит о Бухарине. Он был у Рыкова, с Рыковым у него не было политических разговоров, но с Бухариным у него был политический разговор. Они сошлись на том, что практика террора правильна.

Бухарин категорически отрицает, они стали ругаться друг с другом. У нас впечатление получилось, что и это дело надо проверить. Нет такого впечатления, чтобы можно было начисто принять всё то, что нам сообщил Сосновский.

Пятаков. Ну, он сообщил о делах до конца 1928 [г.] и 1929 г. И это нам известно. Но потом он перешёл к делам 1932-33 [г]г. когда он вернулся из Берлина. Насчёт террора он сообщает, что он рассказал об этом Бухарину. Бухарин не возражал, но молчаливо, видимо, соглашался. Бухарин наотрез отрицает какие бы то ни было политические разговоры с Пятаковым в 1932 г.

У нас, у членов Политбюро (во время очной ставки присутствовали: я, Ворошилов, Молотов, Каганович, Андреев, Орджоникидзе, Жданов...

ГОЛОС. Микоян.

СТАЛИН. ...Микоян) и у нас получилось впечатление такое, что не вполне заслуживает доверия сообщение Пятакова. Было такое время, когда Бухарин хотел сагитировать Пятакова и рассказал ему кое-что, а Пятаков взял да в ЦК сообщил. Но мало этого, кроме того, и Пятаков не очень настойчиво говорил об этом.

Остаётся ещё устроить очную ставку с 5-6 арестованными, тоже оговаривавшими Бухарина. Эти трое меньше оговаривали (с которыми мы сегодня говорили).

Рыков. Общее сообщение о том, что он знал, что надо контактировать с группой правых, и что в центре группы правых были Бухарин, Томский, Рыков. Это такое общее сообщение, которое можно и сочинить. Всякому известно, кто такие правые, и кто был во главе. Ни в одном из показаний — я говорю о тех показаниях, которые мы сегодня имели, слушали, — нет указания насчёт того, что Рыков или Бухарин были бы связаны с какой-то террористической группой. Обычно, в отдельных центрах, в отдельных группах члены центра связывались с какой-то группой или были связаны с людьми, которые организуют группу террористов, — их было, сравнительно, очень много среди учащихся, среди студентов, среди крестьянства. Таких указаний сегодня мы не вскрыли. Пятаков сказал, что насчёт Томского он не сомневается, что у него была связь с какой-то террористической группой; насчёт Бухарина и Рыкова он говорил только лишь о террористических разговорах. В связи с этим у нас создалось такое впечатление, что дело нельзя считать оконченным: оно нуждается в дальнейшей проверке.

У нас складывалось такое мнение, что, не доверяя Бухарину и Рыкову в связи с тем, что стряслось в последнее время, может быть, их следовало бы вывести из состава ЦК. Возможно, что эта мера окажется недостаточной, возможно и то, что эта мера окажется слишком строгой. Поэтому мнение членов Политбюро сводится к следующему — считать вопрос о Рыкове и Бухарине незаконченным. Продолжить дальнейшую проверку и очную ставку, и отложить дело решением до следующего Пленума ЦК.

МОЛОТОВ. Товарищи, есть ли желающие высказаться по поводу предложения тов. Сталина?

ПЕТРОВСКИЙ. Принять.

МОЛОТОВ. Нет возражений? Тогда разрешите голосовать вопрос о том, чтобы обсуждение вопроса на настоящем Пленуме считать законченным и Пленум считать закрытым.

ПЕТРОВСКИЙ. Заготовленные речи — отложить.

МОЛОТОВ. И построить в соответствии с теми данными, которые будут обнаружены.

СТАЛИН. О Пленуме в газетах не объявлять.

ВОПРОС С МЕСТА: Рассказывать можно?

СТАЛИН. Как людей свяжешь? У кого какой язык (Общий смех).

МОЛОТОВ. Разрешите считать предложение принятым; заседание Пленума объявляю закрытым